Почему лгут подростки?
Поиск по сайту
Голосование
Вашему ребенку комфортно в школе (дет. саде)?
 

Популярное родителям



Почему лгут подростки?

(2 голоса, среднее 3.50 из 5)
Детский портал "Сашенька" - Родителям

 

Почему лгут подростки?

Если у малышей ложь положительно связана с интеллектом и отражает его развитие, у младших школьников свидетельствует об особой направленности интеллекта, то у подростков ложь, напротив, более вероятна при низком, а не высоком интеллекте. При этом подростки, безусловно, лгут более искусно, чем дети младшего возраста. Они уже могут предугадать возможные вопросы родителей и подготовить на них приемлемые ответы.

С возрастом человек все более понимает ценность доверия, может лучше прогнозировать результаты своих поступков, а потому ложь подростка чаще отражает неблагополучие в семье, чем ложь в более раннем возрасте, когда она может являться частью изучения ребенком ближайшего окружения и исследования границ собственных возможностей.

Ложь подростка свидетельствует о том, что в силу некоторых обстоятельств он не дорожит чувством интимности (возможно, такового просто нет в семье), хотя, в отличие от детей младшего возраста, хорошо понимает, что это такое. Но это не значит, что подростки не будут лгать, если с родителями сложились хорошие отношения. Иногда они настолько любят родителей и так боятся их огорчить, что сами загоняют себя в угол ложью. Как часто будет повторяться ложь зависит от многих обстоятельств, в том числе и от страха сына или дочери потерять любовь и доверие горячо любимых родителей, а также от полного отсутствия стремления восстановить доверие. В любом случае, последствия лжи в этом возрасте более серьезны, чем в более ранний период жизни человека.

Подростки отличаются от детей более младшего возраста принципиально иным уровнем понимания событий внешнего мира. У подростка появляется формальное мышление, то есть способность мыслить сложными категориями и соотносить события с контекстом, в котором они происходят. В этом возрасте большинство из них узнает, что истина не является абсолютной, что знания достоверны лишь в определенной степени, что со временем ученые найдут новые факты, которые могут опровергнуть сложившуюся картину мира. У большинства подростков это знание ведет к переосмыслению всей картины мира. Они пытаются разрешить дилемму: «Если нельзя отличить правду ото лжи, если нельзя быть уверенным в том, кто прав, а кто виноват, тогда возможен ли вообще правильный выбор?»

В зависимости от прежнего опыта и возможности искреннего общения с родителями они могут приходить к принципиально разным выводам. Например, не умея выбирать между разными позициями, они всем точкам зрения могут придавать равное значение. Как следствие, подростки теряют уважение к авторитету и, прежде всего, подвергают сомнению правильность суждений родителей. По этой же причине в действиях подростков появляется импульсивность – ведь нет смысла обдумывать ситуацию, если все действия одинаково верны. Они предпочитают интуицию логике, однако интуиция их подводит, потому что точность ее определяется опытом, которого у подростков еще недостаточно.

Они ориентируются на мнение сверстников, считая их групповое суждение более значимым, чем взгляды и замечания родителей. При этом подростки в одинаковой степени могут не выполнять требования как родителей, так и группы ровесников. Это объясняется тем, что, предъявляя высокие требования к окружающим, к себе они их пока не применяют.

Все это ведет к тому, что подростки разделяют точку зрения случайного лидера значимой для них группы сверстников, и эти взгляды на некоторое время становятся ориентиром в планировании собственных действий. Внутри такой группы подростки часто освобождают себя от ответственности выносить самостоятельные суждения, подчиняясь мнению большинства. Чем авторитарнее лидер, чем искуснее эксплуатирует он высшие человеческие ценности, тем проще подросток вливается в такую группу. Именно поэтому секты в своих действиях ориентируются именно на подростков, причем не просто подростков, но одиноких и несчастных.

Возможна и другая ситуация, когда, уверившись в том, что между добром и злом нет различий, подростки примыкают к группе, пробующей те или иные противоправные действия, связанные с жестокостью и насилием.

И, наконец, не имея ориентиров и методов разрешения проблем, подростки прибегают к химическим средствам, изменяющим сознание. Выбор конкретных средств определяется местом проживания подростка и количеством денег на карманные расходы. Чем меньше денег, тем выше вероятность употребления алкоголя, чем их больше, тем выше вероятность применения наркотиков.

Наши собственные исследования показали, что по пути химического изменения сознания идут подростки с самой простой личностной структурой.

Первый опыт употребления наркотика сопровождается удивительно приятным состоянием возбуждения и предвкушением долгожданного счастья, оставляющим неизгладимый след в душе подростка, на которого со всех сторон обрушиваются кажущиеся неразрешимыми проблемы. Возникает понимание того, что есть доступные способы получения удовольствия, отодвигающие на задний план привычные тяготы жизни. Такое понимание надежно фиксируется в сознании и уже не подвергается сомнению при восприятии любых самых очевидных знаний о последствиях такого поведения. Это объясняется тем, что состояние удовольствия переживается реально и интенсивно, а о негативных последствиях становится известно из чужого опыта, на котором практически не учится ни один человек. Именно яркое, позитивное состояние удовольствия, возникающее у подростка, не имеющего душевных сил для борьбы и навыков преодоления трудностей, ведет к возникновению зависимого поведения.

Неумение преодолевать трудности формирует специфические механизмы зашиты от неприятных последствий своего поведения. Чаще всего таким последствием становится безответственность, поскольку выполнение обязательств требует длительной и упорной работы, тогда как зависимый подросток не способен и не желает переносить какие бы то ни было трудности.

Чтобы оправдать себя, зависимые подростки предпочитают лгать, а не сообщать горькую правду. Они поступают так потому, что успокаивают прежде всего себя. Через какое‑то время ложь становится привычкой, рождается сама собой и не контролируется сознательно. Этим они вовлекают в ложь своих близких, которым лгут слишком искренне (поскольку сами уверены в своей лжи), теперь уже и близкие становятся соучастниками поддержания опасных привычек.

Потребность в искусственном изменении состояния возникает у зависимого подростка при появлении любого затруднения и, безусловно, в экстремальных ситуациях. Состояние человека, подвергающегося сверхсильному воздействию, называется стрессом. Таким образом, одним из существенных отличий зависимого подростка является его неспособность переживать стресс.

Для описания умения человека преодолевать препятствия Р. С. Лазарус ввел понятие «копинг». Английское слово coping означает способность разрешать трудные ситуации, овладевать ими. Напряженные моменты являются неотъемлемой составляющей современной жизни, и то, как подросток научился справляться с ними, в большой мере предопределяет его адаптивный потенциал.

При возникновении экстремальной ситуации люди либо принимают ее и пытаются выйти из создавшегося положения, либо все силы направляют на то, чтобы оттянуть время в надежде, что все само собой образуется. В соответствии с этим поведением выделяют два типа копинга.

Проблемно‑центрированный копинг проявляется в том, что подросток предпринимает разнообразные попытки решить возникшую у него проблему и тем самым выйти из стресса. Противоположным является эмоцио‑центрированный копинг, при котором подросток полностью погружается в свои эмоции и не пытается вырваться из ситуации, приведшей к стрессу. Такие люди часто сетуют на судьбу, которая обрушила на них тяжелые обстоятельства, плачут и стенают, однако не предпринимают ничего, что способствовало бы разрешению проблемы. Если первый тип поведения ведет к более быстрому выходу из сложных обстоятельств, то второй порождает манипулирование окружающими с целью вовлечь их в судьбу пострадавшего. Для этого подростки часто прибегают к системе лжи.

Но не все определяется психологическими особенностями подростка. Если отношения в семье приводят к тому, что подростка наказывают при совершении им любых негативных действий, то возможно формирование у него состояния выученной беспомощности. В этом случае подросток утрачивает инициативность и интерес к жизни и пассивно следует указаниям взрослых.

Он обучается тому, что любое его действие не помогает в разрешении трудностей, а лишь отсрочивает наказание.

Итак, можно выделить четыре психологических умения, обладая которыми, подростки никогда не встанут на путь зависимости от химического вещества. К этим умениям относятся: умение отвечать за свои поступки, умение трудиться, умение преодолевать трудности и ждать. Если родители привили детям эти качества в раннем возрасте, то могут не опасаться серьезных проблем в подростковом. Более того, наказания в семье за проступок не должны быть сильными и неотвратимыми, чтобы не сформировать у подростка выученную беспомощность. Именно в этот период все просчеты раннего воспитания приобретают зримую реализацию в поведении сына или дочери.

В одном исследовании была поставлена весьма интригующая задача: стоит ли родителям обучать подростков правильно выпивать, чтобы они могли ограничивать себя в той или иной ситуации. Были опрошены 2 тысячи родителей, в семьях которых было по два подростка 13 и 15 лет. Оказалось, что если родители разрешают употреблять алкоголь в своем присутствии, полагая, что тем самым учат подростков выпивать правильно, соотнося возможности с объемом выпитого, то подростки начинают легко пить в любых условиях. Поэтому если родители много пьют при детях, вероятность, что последние будут поступать так же, крайне высока. Это же относится и к курению. Никакие рассказы, лекции и тренировки не отвадят подростков от курения, если они видят, что их близкие курят.

Любое зависимое поведение (от алкоголя, наркотиков, курения) приведет не только к необходимости лгать родителям, но и к легкости появления этой лжи.

Очевидно, что приобщаться к такого рода зависимостям будут подростки, много времени проводящие вне дома. Существует важная психологическая истина. Семья с подростком – это семья, живущая на вулкане. Основная задача такой семьи – создать условия, при которых подростку комфортнее находиться дома, чем где бы то ни было. Чем более сильная близость в отношениях между родителям и детьми была сформирована в предыдущий период жизни, чем больше навыков разрешения проблем освоил ребенок, чем понятнее цели, которые он поставил в жизни, тем больше вероятность, что и в подростковом возрасте он продолжит развивать позитивное движение в этих направлениях. Не стоит думать, что подросток сам должен решать свои проблемы. Именно в этом возрасте они нуждаются в общении, причем в общении на равных.

Но это не значит, что нельзя повлиять на тех подростков, которые большую часть времени проводят вне дома.

Безусловно, чем раньше поставлена задача, тем легче найти решение.

Подросток внедряется в группу сверстников не одномоментно. И в период адаптации в группе существует больше шансов вывести его из нее.

Это говорит о том, насколько значимо при переходе к подростковому возрасту обсуждение насущных проблем ребенка совместно с родителями. Любое сомнение, высказанное подростком, его ошибки и проблемы должны привлекать их внимание. При этом задача родителей состоит не в том, чтобы сказать, что все пройдет и забудется (об этом знают только они, а подростку так больно сейчас, что он точно уверен, что боль останется навсегда). Совместно обсуждая конкретные проблемы, родители наводят ребенка на важнейшую мысль, которая станет для него ориентиром в будущем. В мире действительно не существует неопровержимых истин, люди никогда не могут до конца быть уверены в каком‑либо факте. Но есть общечеловеческие ценности, которые не требуют доказательств. И именно они отличают человека от других живых существ и позволили человечеству выжить и сформировать множество различных культур. Следование этим ценностям увеличивает количество добра в мире и определяет человеческое достоинство. Человек может ошибаться в своих действиях, но важно при этом не скрывать свои ошибки, а, анализируя их последствия, исправлять неверные шаги и продумывать дальнейшие действия так, чтобы не повторять ошибок.

Родителям следует помнить, что если в более ранние периоды ребенка для него важнейшим методом обучения было действие, то подросток сталкивается с проблемами осмысления. А потому особое внимание следует уделять суждениям. Более того, необходимо подчеркивать, что результаты суждения должны быть применены не к другим людям, а прежде всего к себе.

Еще одна особенность подросткового возраста – чрезмерная эмоциональность. В сочетании с формированием нового видения мира эта характеристика может привести к неверным ожиданиям от поддержки друзей. Подростки будут ждать от них больше сочувствия и включенности, чем те смогут дать (учитывая, что у них те же самые проблемы и они также нуждаются в сочувствии и поддержке). Все это ведет к конфликтам, в том числе с родителями, от которых подросток тоже может ожидать большей поддержки и сочувствия и меньшей критики.

Одна из типичнейших сфер лжи подростков – сексуальные взаимодействия. Это слишком интимная тема, чтобы родители могли ожидать правдивых ответов. Возможно, лучшим выходом будет не задавать вопросов о том, что было на свидании, чтобы не создавать условий для лжи. При этом стоит быть готовыми принять любую информацию без критики и осуждения.

Чтобы не столкнуться с неприятностями, родители должны дать подростку исчерпывающую информацию о безопасном сексе, о том, что может случиться, если партнеры не используют презервативы, о болезнях, передающихся половым путем.

Это не значит, что родители не говорят о любви, о чести и достоинстве. Каждый родитель имеет полное право изложить подростку собственное видение того, как связаны между собой любовь и секс, когда возможны сексуальные отношения и как они могут протекать. При этом необходимо помнить, что ребенок воспитывается не только в семье. И современная информационная среда существенно отличается от той, в которой некогда формировались представления на эту щепетильную тему у родителей. Современные молодые люди чувствуют те же сексуальные влечения, что и их предшественники, но эти влечения постоянно стимулируются информацией из СМИ, Интернета, от друзей. При этом о необходимости контролировать свои влечения практически не говорят.

На фоне чрезмерного потока информации о сексе и вместе с тем большого количества морализаторской литературы ощущается острая нехватка конкретных знаний о том, например, как девушка может отказать молодому человеку в его настойчивых желаниях, сохранив и дружеские отношения с ним, и уважение к себе. Нет знаний и о тактичном поведении молодого человека по отношению к девушке. И здесь немаловажную роль играют доверительные отношения с родителями, способными рассказать о собственном опыте и своих переживаниях. Родители также могут попросить старших детей пообщаться на эту тему с младшими. В любом случае лжи можно избежать только при условии, что родители не будут жестко требовать отчета о каждой встрече сына или дочери со сверстником противоположного пола и будут готовы обсуждать любую проблему, которую поднимает подросток, без менторства, морализаторства и наставлений. Родитель не осуждает поведение, но направляет и пытается объяснить, почему те или иные поступки ему кажутся более правильным.

Другим выражением чрезмерной эмоциональности подростка может быть агрессивность. (Более того, оборотной стороной агрессивности как раз и является повышенная сексуальность.) Это может быть агрессия группы подростков по отношению к конкретному ребенку. В этом возрасте она может приобретать две новые формы – агрессия отношением и репутационная агрессия. При первой форме лидер подростковой группы требует от своих членов не общаться с кем‑то, чтобы заставить изгоя сделать нечто или наказать его. При репутационной агрессии тот же лидер распускает слухи, которые дискредитируют подростка. Как и во взрослых пиар‑кампаниях, чем грязнее слух при всей его абсурдности, тем надежнее результат – испорченная репутация. Во всех этих случаях ложь – вернейший инструмент агрессии. Подростку трудно ей противостоять, и никакая правда в действительности не поможет – осадок остается навсегда. Это как с зеркалом, на котором были написаны плохие слова: слова стирают, но на зеркале остаются разводы. Как и в других случаях, здесь важна профилактика, направленная на выбор друзей и избегание компаний, в которых возможно такое отношение к участникам.

Нормальные дети никогда не будут пользоваться столь жесткими методами воздействия. А потому, если у ребенка есть надежные друзья, с которыми он ходил в походы и проводил праздники в детстве, то он не будет вступать в сомнительные компании в подростковом возрасте. Если родители внимательны к изменениям настроения подростка, то они могут захватить самое начало подобного агрессивного поведения и вовремя прервать его, обратившись за помощью в администрацию школы. В качестве профилактического действия можно рассматривать обращение родителей к психологу с целью проведения групповых тренингов, направленных на формирование команды из учащихся класса. Если эти действия не были предприняты вовремя, и репутация подростка оказалась запятнанной, а поддержка со стороны администрации школы отсутствует, лучше поменять школу, чем заставлять ребенка каждый день противостоять всему коллективу. Для подростка это непосильная ноша.

Сфера школьной лжи у подростков резко расширяется. Если в младшей школе дети еще очень привязаны ко взрослым, а потому в меньшей мере списывают и подсказывают, то многие подростки беззастенчиво и списывают, и пользуются подсказкой. Подобное поведение получает особенное распространение, если к этим видам лжи лояльно относятся и ученики, и учителя, и родители. Родители часто пассивны в отношении подобных действий своих детей, поскольку не видят тяжелых последствий для себя. Однако именно списывание заставляет подростка не ценить чужой труд, в том числе и труд родителей. Ибо, списав и не вложившись интеллектуально в продукт, трудно оценить, каких усилий это стоило тому, кто работал. Конечно, разовое списывание не может принести тяжелых последствий. Но регулярное использование чужого труда обучает безответственности. Это не может не отразиться на всех взаимоотношениях подростка, в том числе с родителями.

Мы уже отмечали, что чаще всего лгут подростки с более низким интеллектом. И на уровень их интеллекта влияет то, что они больше списывают. Более умные подростки лучше предугадывают отдаленные последствия лжи, а потому чаще говорят правду. К тому же, если они лгут, то их труднее поймать на лжи. Они лгут более правдоподобно, чем их менее интеллектуально развитые сверстники.

Чем выше интеллект у подростка, тем легче он самостоятельно справляется с контрольными заданиями, а потому не имеет нужды лгать. Но многочисленные эксперименты показали, что в ответственных ситуациях или при выполнении очень сложных заданий списывать предпочитают все подростки. Общий вывод, к которому приходят специалисты: подростки лгут тогда, когда чувствуют свою слабость, а сложившиеся условия не позволяют ее проявлять.

Такая ситуация не относится исключительно к школьной среде. Типичное место проявления такой лжи – сообщество подростков.

Например, подросток никому не говорит, что не умеет плавать, поскольку боится показаться смешным. Он весело барахтается на мелководье с другими подростками, пока ноги не попадают в яму. Он тонет, не закричав, потому что крик выдал бы, что он не умеет плавать. Он барахтался до последнего, пытаясь найти края ямы. Родители, безусловно, знали, отпуская ребенка купаться, что он не умеет плавать. Конечно, такие крайне важные для выживания навыки нужно формировать у ребенка с ранних лет, когда ему это интересно, и он не смущается тем, что кто‑то плавает лучше. Чем старше становится ребенок, тем он сильнее боится выглядеть смешным из‑за своего неумения, что еще в большей мере препятствует освоению навыка.

Безусловно, здесь ответственность лежит на родителях, вовремя не научивших ребенка плавать и не прививших навык честно признаваться в этом неумении. Нельзя уметь все и в совершенстве. Необходимо научить ребенка принимать это в себе и в других, тогда трагических случайностей будет намного меньше. Именно поэтому важно не только чтобы ребенок говорил правду, но и чтобы многое умел, дабы не было необходимости лгать. Существует и другой выход из подобной ситуации.

Жан Марэ (1994) вспоминает, что в юности больше всего боялся показаться смешным. Он стал ходить по крышам и спускаться в подвалы, чтобы преодолеть страх. Однажды он услышал, как соседский мальчишка врал ему, что у них в семье три автомобиля и десять слуг. Неожиданно Марэ увидел в этом мальчишке себя, пускающего окружающим пыль в глаза. И с этого дня он решил говорить только правду.

Родители могут помочь подростку найти такое же зеркало, в котором Марэ увидел себя.

Одну из частых причин, порождающих подростковую ложь, называет Жан‑Поль Сартр (1994). В детстве после перенесения простудного заболевания у него стал сильно косить один глаз, что уродовало лицо. Мальчишки смеялись над ним. И тогда маленький Сартр решил купить их любовь. Он крал деньги у матери и приобретал на них сладости для друзей. Те с удовольствием играли с ним в обмен на пирожные. Сартр вспоминал смешанную с чувством стыда тошноту, поднимавшуюся в горле от большого количества сладкого. Но именно подкупленные друзья выдали Сартра, а потом еще больше издевались над ним. Чтобы избавить мальчика от насмешек, матери пришлось отправить его в другой город.

В реальной жизни многие дети избирают подобный путь подкупа. Он кажется им весьма привлекательным и простым, а о возможности предательства они узнают позднее. Сначала ребенка не страшит гнев родителей, и он готов на многое ради любви ровесников. Например, мальчик может взять весомую сумму денег из кармана отца и купить что‑то ребятишкам во дворе. При этом дети не задумываются, что появление новых вещей довольно скоро вызовет вопросы не только у их родителей, но и у родителей тех детей, которым они делали подарки. Зачастую родители жестоко наказывают подростка, хотя он и так бывает наказан осознанием предательства и одиночества. Именно в этот момент родители вместо наказания должны подставить свое плечо, чтобы вернуть утраченную искренность отношений. Весьма часто жестокое наказание в этом случае не помогает в поиске друзей, а приводит к тяжелым семейным последствиям – вплоть до ухода подростка из дома.

Когда взрослый застает ребенка за кражей, прежде всего нужно узнать, для чего он брал деньги. В подростковом возрасте существует острая потребность иметь близкого друга. Нужно научить ребенка заводить друзей и лучше сделать это как можно раньше, поощряя приход детей в дом, а не выпроваживая их из квартиры. Когда дети собираются у вас дома, вы можете руководить их играми и помогать. Если подростки собираются в каком‑то другом месте, возможности взрослых управлять процессом детского общения резко снижаются, но зато такая возможность появляется у тех сверстников, которые большую часть времени проводят на улице. Поэтому подростки, посещающие музыкальные школы, спортивные секции или разнообразные детские кружки, имеют друзей, разделяющих те же задачи и ценности в жизни. Друзья, проводящие время на улице, могут склонить подростка к тому или иному необдуманному поведению: могут предложить закурить, и будут насмехаться, если подросток откажется, могут предложить выпить, совершить кражу – да мало ли что придумают бездельничающие подростки, сбившиеся в стаю?

Именно поэтому родители должны заниматься досугом ребенка, интересоваться его друзьями и научить противостоять групповому давлению.

Интеллектуально развитые подростки могут разрешать проблемы с друзьями иным способом. Татьяна Сухотина‑Толстая (1980) в своих воспоминаниях описывает попытки понять собственное мышление. Мы уже говорили, что подростковый возраст – период формирования рефлексии. Подобные занятия привели ее в тупик, поскольку она не могла удержать мысли и подумала, что сходит с ума. Она решила меньше общаться с другими людьми, чтобы не выдать себя. Она придумала себе «друга». Этот воображаемый субъект жил в сиреневом кусте, на который забиралась маленькая Татьяна и рассказывала «другу» все свои секреты. Особенностью таких друзей, в отличие от реальных, является полное принятие мира подростка.

О воображаемом коне и маленьких человечках писал в детских воспоминаниях и Евгений Шварц (Кириленко, 1982). Он вызывал коня особым свистом и летел на нем туда, куда его отправляли – в булочную или библиотеку. Однако мальчик понимал, что нужно соблюдать осторожность, чтобы встречные по походке не угадали, что он мчится на коне.

Чтобы подросток не поддавался чужому влиянию, он должен иметь высокую самооценку и открыто обсуждать с родителями все темы, которые могут возникать в подростковой среде.

Самооценка может быть адекватной, заниженной и завышенной. Заниженная самооценка наблюдается у подростков, на которых часто кричат. Это объясняется тем, что в подобном эмоциональном состоянии родители говорят о ребенке первое, что приходит в голову. Обычно ничего хорошего не приходит. Ребенок создает представление о себе не сам, а формирует его из высказываний близких ему людей еще в тот период времени, когда не обладает критическим мышлением. Он складывает все значимые высказывания в образ, который потом неосознанно влияет на его поведение. Если из уст родителей он узнает, что «он – никто» и слышит другие негативные характеристики, то он в них искренне верит. Более того, общаясь с друзьями, ребенок будет видеть по их поведению, что они о себе думают лучше. Он может предположить, что у них для этого есть основания, и все, что они делают – лучше, чем то, что может придумать он. Поэтому дети с завышенной самооценкой являются для такого ребенка идеалом.

Ребенок, которого бьют, будет иметь завышенную самооценку. Это объясняется легким включением у таких детей специальных механизмов психологической защиты. Нельзя просто принять, что тебя бьют, тогда как к другим детям родители относятся иначе. Физическое наказание сопровождается эмоцией, которую ребенок легко интерпретирует как ненависть. Но ребенок не может жить с ненавистью родителей. И тогда включаются психологические механизмы, защищающие ребенка от самого себя и своих представлений о себе. Они меняют суть действий, в результате чего тот, кого бьют, становится лучше того, кого не бьют.

Еще в 50‑х годах XX столетия Эрих Фромм (2009) описал авторитарную личность, которая может находиться либо в состоянии подчинения, либо в состоянии превосходства над другими. Она отличается от здоровых людей тем, что не может существовать с окружающими на равных. Ребенок, имеющий завышенную или заниженную самооценку, превращается в авторитарную личность и подвержен влиянию группы. Он может ощущать себя либо лучше, либо хуже других, но никогда не почувствует себя равным. У таких подростков возникает желание заводить друзей любой ценой, в том числе с использованием любых форм лжи.

Только ребенок с адекватной самооценкой не будет стремиться заслужить любовь ВСЕХ сверстников ЛЮБОЙ ценой. Но адекватная самооценка сформируется лишь в том случае, если ребенок уважает и себя, и своих родителей. Такое возможно, если родители обсуждают с ребенком проблемы, возникающие в семье, и им интересны мысли ребенка, сколь бы простыми и наивными они ни казались людям со стороны. Важно, что, совершив ошибку, подросток не будет бояться признаться в ней своим родителям и будет уверен в том, что получит от них помощь и поддержку. Тогда ему не придется идти за ней на улицу.

Конечно, подобное общение требует времени, а главное – интереса родителя к ребенку и процессу его взросления. Известно, что дети чаще лгут в несчастливых семьях, где родители полностью погружены в заботы по добыче средств и не имеют сил на проявление внимания к ребенку.

Еще одна типичная причина лжи подростков – защита личности, приватности, внутреннего мира от чужого (даже родительского) глаза. Мы много говорили о том, что родитель должен быть в курсе всех дел подростка. Но ровно в той мере, в какой ребенок допускает это. Известно, что подростковый период – это период, когда ребенок примеряет разные роли, и совсем не обязательно те, которые нравятся родителям.

Поэтому родители должны вести себя достаточно тактично и, по‑возможности, не задавать вопросы, на которые подросток вынужден будет соврать. Не стоит загонять ребенка в угол и провоцировать ложь. Как бы ни хотелось узнать некоторые вещи, не стоит задавать вопросы, если ребенок сам не захочет раскрыться. В конце концов, каждый родитель сам решает, что ему важнее: правда или доверие.

Чтобы ребенок сохранял теплые отношения с родителями даже в подростковом возрасте, необходимо учить его ждать, преодолевать трудности, извиняться и прощать. При этом родители сами должны демонстрировать подобное поведение.

Представим, что между двумя детьми в семье идет соперничество (что совершенно естественно), и старший все время задевает своими высказываниями младшего. Отец может поговорить со старшим, сказав, например, что младший гордится старшим, но его уязвляют насмешки. И если в какой‑то момент старший с целью поддержать младшего вместо колкости солжет, сказав, например, что тот делает успехи, то это не будет ложью, но будет обучением любви и милосердию, а точнее – великодушию.

В этом случае все проблемы, которые обязательно будут возникать или с друзьями, или с родителями, ребенок сможет разрешить, а не станет обижаться и совершать необдуманные поступки.

Чем жестче родители требуют правды, тем труднее ребенку не обманывать. Не нужно ставить подростку нереальных планов, а стоит научить его не бояться ошибок и всегда стараться исправлять их. Нужно научить не давать обещаний, которые нельзя выполнить. А если дал такое обещание, то необходимо вовремя признаться в том, что выполнить его не можешь. Если этому научить, то дети не будут уходить из дома и исчезать на долгие годы, поскольку они способны прощать и другим, и себе.

Вот один из примеров типичной лжи, связанной с неоправданными ожиданиями родителей. В какой‑то момент родители случайно узнают, что сын отчислен из университета (колледжа, института). При этом сын ежедневно рано утром уходит в учебное заведение. Но когда родители узнают правду и сообщают об этом, сын чувствует облегчение, поскольку ложь болезненно давила на него, но он понимал, насколько родителям важна его учеба в институте. В этой ситуации не имеет смысла наказывать, поскольку подросток сам себя давно наказал. Необходимо решать возникшую проблему и подчеркнуть при этом, что важно не обучение в вузе, а сохранение в семье доверия и любви. Тогда подросток будет активно искать работу или пробовать восстановиться в учебном заведении, но он сохранит доверие к родителям.

Подростки любят отпрашиваться у родителей, чтобы переночевать у друга, объясняя, например, что там соберутся одноклассники и будут играть в преферанс. Мать говорит, что ей не нравится компания, где обязательно кто‑то будет пить. Сын хлопает дверью своей комнаты и некоторое время недовольно сопит за ней.

Наконец, он выходит и спрашивает: «Можно я переночую у Кати?»

«Конечно, – отвечает мать, – Кате я доверяю».

Сын радостно убегает. Он думал, что мать не отпустит его к Кате, и придумал историю про преферанс. Важно то, что в дальнейшем мать всегда знала, где остается ночевать сын.

Если подросток настаивает на том, что ему нужно ночевать у друга, можно позвонить родителям этого друга и спросить, как они относятся к такой перспективе. Можно довести подростка до дома друга и зайти, чтобы со всеми познакомиться. Это приведет к тому, что отпрашиваясь, подросток будет говорить правду, а не сочинять в надежде, что взрослый не проверит информацию.

Подросток пришел бледный, его тошнит и рвет. Некоторое время он упорно утверждает, что все в порядке, но потом признается, что выпил то, что предложили друзья. В этом возрасте ни разу не пробовавший алкоголь подросток думает, что выглядит круто и соответствует критериям взрослости. Он кое‑как дошел до дома, но, оказавшись в постели, перестает управлять своим телом. Похмельный синдром столь силен, что дополнительного наказания данная ситуация не требует. Если в семье никто не напивается, ребенок будет следовать принципам семьи.

Полезно, если родители останутся рядом с ребенком, пока ему плохо, не ругая, а сочувственно поддерживая. Однако не стоит прибегать к облегчению физических симптомов, вызывая бригаду скорой помощи или покупая в аптеке специальные средства. Поняв, что от неприятного состояния легко избавиться, подросток может подумать, что опыт можно повторить, заранее приобретя соответствующие средства. Важно, чтобы организм запомнил негативную реакцию, а ваше сочувствие продемонстрировало бы, что вам дорог ваш ребенок. И тогда у него не возникнет желание попробовать алкоголь снова. Можно еще раз повторить аргументы, которые помогут противостоять давлению даже близких друзей.

Исследователи пытались найти связь между детской ложью и дальнейшим поведением человека, но не нашли таковой. Зачастую взрослые боятся, что подростковая ложь в будущем может трансформироваться во что‑то худшее. Однако данные говорят о том, что 3 % из тех, о ком родители сообщают, что они никогда не лгали, тем не менее, потом оказываются на скамье подсудимых, такая же судьба у 20 % тех, кто лгал изредка, и у 36 % тех, кто лгал часто. Но большинство подростков, которые лгали, все‑таки в дальнейшем нормально вписывались в общество. Безусловно, ложь нельзя оставлять без внимания, но и волноваться стоит только в том случае, если она становится постоянной и легко переносится подростком. Известно, что те подростки, которые обманывают постоянно, в более старшем возрасте в 6 раз чаще попадают за решетку.

Стоит вспомнить замечательную новеллу Стефана Цвейга «Смятение чувств» (1999). Она начинается с того, как шестидесятилетний профессор филологии получает к юбилею роскошно изданный сборник своих трудов. Сборник содержит его биографию. Профессор читает эту биографию, в которой его жизненный путь предстает прямой «лакированной» и честной дорогой. В голове профессора всплывают воспоминания. Оказывается, в 19 лет, учась в Берлине в университете, он вообще не посещал занятия: «С утра до ночи я сновал по улицам, ездил к озерам, проникал во все его тайники; словно одержимый бесом, вместо того, чтобы отдаться занятиям, я с головой окунулся в жизнь, полную приключений…Порою мне кажется, что никогда ни один молодой человек не проводил время бессмысленнее, чем я в те месяцы. Я не брал в руки книг; уверен, что не произнес ни одного разумного слова, не имел ни одной здравой мысли в голове; инстинктивно я избегал всякого культурного общества, чтобы как можно сильнее ощутить своим пробудившимся телом едкость запретного до тех пор плода». Все это так близко огромному числу молодых людей, которые, как и герой новеллы Цвейга, бросали учебные заведения в первый год, поскольку «испытывали смятение чувств». Воспоминания профессора наполнены ошибочными действиями, которые сформировали его как личность. Более того, ему часто приходилось лгать. Но именно разрешение ситуаций лжи, которые рождали в нем самом желание искренности и доверительности, привели к положительному результату.

Ложь не может рассматриваться как основная причина будущего неблагополучия. Воспоминания любого великого человека, достигшего больших высот, хранят ошибочные поступки. Исправление этих поступков с помощью близких людей и друзей ведет в дальнейшем к победе и благополучию.

В настоящее время появилась широчайшая сфера, где искусство лжи может найти выход – Интернет. Анонимность позволяет безнаказанно играть разные роли, меняя пол, возраст, страну и прочее. Поскольку потребность выбирать роли присуща подростковому возрасту, многие дети с увлечением включаются в такую игру. Можно рассказать, что ты высок, если на самом деле это не так, что красив, умен, учишься в престижном заведении и т. д. В самом по себе подобном действии нет ничего плохого, если однажды подросток все‑таки начинает заниматься реальными делами. А вернется ли он к реальности, где будет реализовывать то, что попробовал в Интернете, определяется тем, насколько умения и знания, которые он освоил, позволяют справляться с поставленными перед ним задачами. Если подросток справляется со школьной программой, если у него есть интересы вне школы, то он не будет тратить жизнь, просиживая в Интернете. Но если в школе существуют проблемы, трудности в общении и нет цели, тогда Интернет становится единственным «другом».

Есть замечательное высказывание: «Если вы хотите, чтобы ребенок чем‑то увлеченно занимался – занимайтесь этим увлеченно сами». Если родители, придя с работы, не могут продемонстрировать никаких других способов отдыха, кроме компьютерных игр и Интернета, то ребенок будет вести себя так же. Никакие угрозы не изменят ситуацию.


загрузка...

Похожие статьи:
Следующие статьи:
Предыдущие статьи:

Комментарии
Добавить новый Поиск
Оставить комментарий
Имя:
Email:
 
Тема:
UBB-Код:
[b] [i] [u] [url] [quote] [code] [img] 
 
 
:angry::0:confused::cheer:B):evil::silly::dry::lol::kiss::D:pinch:
:(:shock::X:side::):P:unsure::woohoo::huh::whistle:;):s
:!::?::idea::arrow:
 
Пожалуйста, введите проверочный код, который Вы видите на картинке.

3.26 Copyright (C) 2008 Compojoom.com / Copyright (C) 2007 Alain Georgette / Copyright (C) 2006 Frantisek Hliva. All rights reserved."

 
загрузка...